Сергей Калугин и группа Оргия Праведников: песни, тексты, аккорды, табы, видео, gtp...   orgius.ru - неофициальный сайт
Новости  |  Форум  |  Гостевая книга  |  Чат  |  Обратная связь  |  Ссылки  

   Mp3
   Аккорды
   Тексты песен
   Gtp
   Видео
   Обложки
   Анекдоты
   Интервью
   Рецензии
   Отчёты
   Статьи
   Пародии
   Словарь
   Истории
   Где купить
IRC канал
Сервер: irc.ircline.ru
Порт: 6667
Канал: #orgius
Рассылка Subscribe.ru
::::::::: :::::::::
Заказать значки с гербом городов героев России. |

Сергей Калугин & "ARTЕЛЬ": Восхождение "Оргии Праведников"

         Творчество Сергея Калугина - уникальное явление для отечественной рок-сцены. Первое впечатление от его художественных текстов - шок из-за обилия смыслов, глубины контекстуальных связей, осознания того, насколько тесно переплелись здесь различные культурно-эстетические и философско-религиозные традиции - от языческих культов и средневековой мистики до русского космизма и рок-шаманства... Изысканный поэтический слог пронизан тонкой игрой слов и фонем, опирается на классические стиховые формы.
         Насыщенная музыкальная ткань преломляет признаки самых разных стилей, от барокко до хэви, от кельтской баллады до фламенко, восхищает виртуозным использованием возможностей акустической гитары. Требуется неоднократное прослушивание, вдумывание, вчитывание, чтобы снимать за слоем слой и открывать себе "за далью даль", впитывать сильнейшую энергетику, транслируемую музыкой.
         Путь, который прошел Сергей Калугин, типичен и нетипичен для русского рокера. Родился в 1967 году в Москве, окончил училище Октябрьской революции по классу гитары, слушал "классику" рока, участвовал в различных молодежных движениях, играл в хэви-команде "День гнева", записывал магнитоальбомы, пытался поступить в Литинститут. Появление первых оригинальных композиций в начале 90-х было во многом инспирировано двумя событиями: принятием христианства и знакомством с творчеством рок-барда Юрия Наумова. В 1994 году был издан первый сольный CD "Nigredo", а в 1999 - диск "Несло", выдержанный в жанре ток-шоу. Последние полтора года Сергей активно сотрудничает и концертирует с рок-группой "Артель". Проекту придумано общее название - "Оргия праведников". Многие знакомые по акустике композиции Калугина прозвучали в необычно тяжелых аранжировках. Уже выпущен сингл с четырьмя вещами, а в ближайшее время должен выйти полнометражный альбом. Оставаясь независимой, музыка Сергея все больше и больше проявляет свой мощный коммерческий потенциал.


Как началось сотрудничество с "Артелью"?

Сергей Калугин: Через какое-то время после распада моей предыдущей команды "Дикая охота" я снова замыслил делать группу. Поговорив с Юрой Руслановым, великолепным флейтистом и лидером высококлассного акустического арт-коллектива "Артель", я подумал, что можно попробовать сотрудничать с уже сложившимся ансамблем. Ребята заинтересовались. Как выяснилось, акустику они играли по простой причине временного отсутствия барабанщика. Потом барабанщик вернулся, и я обнаружил команду, играющую тяжелее Sepultura. Для меня самого это было ликованием, потому что я всегда тяготел к тяжелому звуку. Ребята молниеносно вникли в мои хард-роковые тяготения, начали "вытаскивать" из моих вещей какие-то новые обертоны... Конечно, мы принадлежим к разным поколениям (между нами около 10 лет разницы), но духовно, философски, религиозно у нас идет железная "спайка". Я всю жизнь мечтал о религиозно-философском монашеско-рыцарском ордене, и наконец это произошло.

Насколько я знаю, название "Оргия праведников" предложил некто из аудитории, пожелавший остаться неизвестным?

Сергей Калугин: Да, мы отчаялись найти название, каждый тянул в свою сторону. Я приносил какую-то латинскую заумь, Юра настаивал на русском названии. При этом хотелось, чтобы в нем был заключен конфликт, некая борьба и единство противоположностей. На одном из концертов мы просто обратились к залу. Пришла записка, в которой было написано: "Оргия праведников", и мы сразу поняли, что это название удовлетворяет всем нашим требованиям. Человека, который ее прислал, мы так и не нашли. По одной версии, это была девочка в белой кофточке, а по другой - страшный скинхэд в ботинках до колена.

По поводу вашего музыкального стиля существует огромный разброс мнений. Любители прогрессива причисляют вас к "утяжеленному арт-року", металлисты классифицируют вашу музыку как блэк-метал, кто-то называет ее готической, кто-то считает, что вы близки бардовской традиции...

Сергей Калугин: Да, мы и сами пытаемся придумать какое-нибудь смешное определение нашему стилю - этно-трэш, симфо-панк... Но не думаю, что от определения что-то принципиально зависит. Да, мы обращаемся к очень широкой палитре стилей. Но, несмотря на то, что можно указать "первоисточники" (среди них - King Crimson, Jethro Tull, Prodigy, Sepultura, Red Hot Chili Peppers и др.), получается что-то цельное, органичное. И я точно знаю, что аналогов этому в отечественном роке нет.

А в "Чжоан Чжоу" намеренно использован гармонический оборот из квиновской "Show Must Go On"?

Сергей Калугин: Да, намеренно, а за ним, кстати, идет хроматический басовый ход из "Призрака оперы" Уэббера. Сейчас время цитат, и мы должны соответствовать ему.

Но вот чего никак не обнаружишь в вашей музыке, так это столь типичного для рока блюзового начала...

Сергей Калугин: Для рок-музыканта в широком смысле это действительно странно, а для "тяжелого" - нисколько. Все тяжелые направления, начиная с 70-х годов, опираются не на блюз, а на традиции европейской барочной музыки. Позже через трэш тяжелый рок пришел к Шёнбергу, атональной музыке, алеаторике. В результате трэшеры элементарно врубаются в Шнитке, в авангардный джаз, а как раз с блюзом большие проблемы. Вообще, как замечательно говорил товарищ из "Апокалиптики", металл имеет множество параллелей с симфонической музыкой, и люди в металле ищут то, чего нет в других стилях - грандиозности, мощи, объема, симфонизма. Для нас это тоже очень важно.

После "Nigredo", поразившего тогда еще неизведанным слиянием различных этномузыкальных традиций, использованием национальных инструментов, вас называют одним из первых этномузыкантов в отечественном роке.

Сергей Калугин: Да, тогда это только все начиналось. Другое дело, что здесь я не уникален, потому что к тому времени уже лет 10 как работали почитаемые мною Dead Can Dance. Кстати, когда вышел "Nigredo", его ведь, собственно, никто и не заметил, потому что в нем были представлены вещи, для русской рок-традиции непонятные. А через три года его стали воспринимать как данность, как один из кирпичиков в основании жанра - то есть произошла "тихая революция". Идеи этники впитывались, развивались и даже откровенно эксплуатировались. Для меня стало понятно, что пора с этим делом завязывать, когда я увидел Буйнова с ситаром в руках. Но этносоставляющую терять не хотелось, поэтому "Оргия праведников", где на достаточно традиционном наборе рок-инструментов имитируются разного рода этнозвучания, стала идеальным выходом. У нас две бас-гитары, причем вторая - безладовая - "отдувается" за духовую секцию. Слушатели иногда даже недоумевают - на сцене стоят люди с гитарами, а звучат альпийские рога, валторны, волынки. Многие спрашивают, не используем ли мы каких-то синтезаторов, сэмплов, пресетов, все той же электроники. А мы все только пальчиками и хитростью.

Мне показалось, что и "Nigredo", и сингл "Оргии" звучат очень по-аналоговому...

Сергей Калугин: Это наша установка, которой мы следовали и при записи нового "большого" альбома "Оргии". Он писался на цифру, но сводился принципиально на аналог, чтобы сохранить теплое, живое звучание. Мы даже специально не проводили отчистку шума ленты. Студийная работа получилась по-хорошему шероховатой, в ней не потерян концертный драйв. Наш саундпродюсер Илья Ескевич придумал "фирменный" звук. Илья - тоже музыкант, только он на пульте играет. Это совершенно уникальный человек. Наше с ним первое появление в студии вызвало легкий шок, особенно когда Илья вынул из сумки ржавую консервную банку с двумя проводами и на спичках воткнул в аппарат за 5 тысяч баксов, зверски сняв при этом переднюю панель. Потом он приносил какие-то свои микрофоны дикого вида, с которых звук "катил", а с фирменных, навороченных, он казался слишком приглаженным, слащавым. В одной из вещей вообще был использован спикерфон. Поразительно, что руководители студии, несмотря на все наши неистовства, нас терпели и даже потом согласились, что все эти чудовищные приспособления действительно в лучшую сторону влияют на звук. Нам очень повезло с этими людьми.

Сейчас на концертах иногда кажется, что виртуозная партия акустической гитары тонет в общем "звуковом вале"...

Сергей Калугин: Возможность внесения сложной гитарной техники в рок я понял с подачи Юры Наумова. Моя сольная партия замысливалась как групповой инструментал, "сбитый" в одну гитару. В ней было все: бас, ритм, контрапункты, мелодические элементы. Теперь, когда у меня есть группа, я что-то упрощаю, что-то выпускаю, где-то все остается так, как раньше. В те моменты, когда моей гитары не слышно, ее и не должно быть слышно. Пытаться вычленить из общего полотна мой инструмент - бессмысленное занятие.

Но за "стеной" тяжелого звука теряется и насыщенная смыслами поэзия...

Сергей Калугин: Рок-концерт - не литературный вечер, на нем осуществляется энергетический обмен, передача каких-то состояний. Наивно считать, что на концерте, особенно "тяжелом", можно расслышать весь текст. Люди, которые знают материал, испытывают радость узнавания. А если уж ты не понимаешь текст, то, как говорится, расслабься, слушай музыку, в ней говорится именно о том же, и может быть, даже конкретней, чем словами.

Будет ли напечатан текст на вкладке к диску, как это сделано в "Nigredo"?

Сергей Калугин: Обязательно, потому что даже в студийном варианте невозможно отследить, чтобы ни одно словечко, ни один слог не пропали. Иногда важнее соблюсти драматургический замысел, чем выговорить все слова. А пытаться спасти каждую интонацию текста, "задрав" вокал до неописуемых высот, как это часто делается, - значит разрушить цельность замысла.

Какие композиции войдут в альбом?

Сергей Калугин: "Туркестанский экспресс", "Ночь защиты", "Начало века", "Восхождение черной луны", "Покой и свобода", "Весна", "Чжоан Чжоу", инструментал "Марш праведников", и финал - "Ступени". В начале - маленькая трехсекундная "интра" под названием "Оглашенные, изыдите". Хочу еще раз подчеркнуть, что при всей своей сложности, то, что мы делаем, достаточно демократично, направлено на людей с разными вкусами. Мы надеемся, что наша музыка получит широкий отклик и коммерческий успех.

Вас, как человека христиански настроенного, не задевают обвинения в "чернушности"?

Сергей Калугин: Это совершенно естественно, когда имеют место сильные энергии. Они зашкаливают, и время от времени возникает эффект "черного света". Энергия настолько сильна, что человек воспринимает ее как агрессию. С такими обвинениями сталкивались все, кто более-менее честно занимался искусством - от Баха до Моррисона. Кроме того, сейчас ощущается очень сильное влияние либеральных идей ценности, представляющих христианство как некий Диснейленд: все хорошо, все друг друга любят, трагедия отсутствует, жертва отсутствует. Для либерального сознания главной ценностью является человеческая жизнь, и всякая попытка оспорить это, доказать, что есть вещи выше этого, воспринимаются как некий сатанизм.

Александр Башлачев назвал рок-н-ролл "славным язычеством". А вы считаете рок-н-ролл религией?

Сергей Калугин: Нет, это просто искусство. Только в отличие от предыдущих его форм, здесь очень активно используется экстатика, что как раз характерно для архаических форм религии. И через это возникают эффекты, отождествляемые с религиозными.

Последнее время в вашем репертуаре стали появляться вещи иронического, чтобы не сказать, фривольного содержания...

Сергей Калугин: Я уже однажды ссылался на классификацию, данную Зинаидой Гиппиус. Она в точности определяет то, что происходило и происходит со мной. Первые мои опыты а-ля Высоцкий - это было непонятно о понятном, "Nigredo" - непонятно о непонятном, теперь все эти "шуточки" - понятно о понятном, а такие вещи, как "Сицилийский виноград", "Чжоан Чжоу" - это уже, как мне кажется, первые ласточки "понятного о непонятном". То, к чему я стремлюсь сейчас.

Не каждый рокер может похвастаться, что является членом Союза писателей. Как это вас угораздило?

Сергей Калугин: Поэт Дидуров пригласил меня вступить в эту организацию, живописав широкую палитру ништяков. Я прельстился и вступил туда, но потом выяснилось, что все ништяки будут выдаваться тем членам союза, которые состоят в нем не менее 10 лет, а тем, кто только вступил, полагается платить членские взносы и не выпендриваться. Зато теперь, когда меня останавливают на улице милиционеры, я им показываю удостоверение, они начинают смеяться и отпускают.

Елена Савицкая, журнал "Салон Audio Video" #10, 2000 г.

<< К списку интервью /\  Наверх  /\ Обсудить на форуме >>
  Copyright © 2004-2008.
  All rights reserved.
Rambler's Top